Асфальт, смола или глина?
Как правильно переводится слово хема́р (חמר)? В разных местах синодального перевода оно переведено по-разному, например:
וַיֹּאמְר֞וּ אִ֣ישׁ אֶל־רֵעֵ֗הוּ הָ֚בָה נִלְבְּנָ֣ה לְבֵנִ֔ים וְנִשְׂרְפָ֖ה לִשְׂרֵפָ֑ה וַתְּהִ֨י לָהֶ֤ם הַלְּבֵנָה֙ לְאָ֔בֶן וְהַ֣חֵמָ֔ר הָיָ֥ה לָהֶ֖ם לַחֹֽמֶר׃
И сказали друг другу: наделаем кирпичей и обожжем огнем. И стали у них кирпичи вместо камней, а земляная смола вместо извести (Быт.11:3).
В этом отрывке слово חמר переведёно один раз как «земляная смола», а второй раз как «известь». В оригинале это – «и хема́р был им хо́мером». То есть – «и хема́р был им материалом». Никакого отношения именно к извести у слова хо́мер нет. Известь – это сид и в древнем иврите, и в современном, а хо́мер – это просто некий материал. А вот что значило слово хема́р в древности, я пытаюсь разобраться. Сегодня всё однозначно: хема́р – это качественная гончарная глина. Но, может быть, это новое значение, а в древности было другое? Будем искать…
✦ ✦ ✦
וְעֵ֣מֶק הַשִּׂדִּ֗ים בֶּֽאֱרֹ֤ת בֶּאֱרֹת֙ חֵמָ֔ר וַיָּנֻ֛סוּ מֶֽלֶךְ־סְדֹ֥ם וַעֲמֹרָ֖ה וַיִּפְּלוּ־שָׁ֑מָּה וְהַנִּשְׁאָרִ֖ים הֶ֥רָה נָּֽסוּ׃
В долине же Сиддим было много смоляных ям. И цари Содомский и Гоморрский, обратившись в бегство, упали в них, а остальные убежали в горы (Быт.14:10)
Есть много свидетельств античных авторов о том, что в Мёртвом море всплывали большие куски битума. Его добывали в значительных количествах и экспортировали в соседние страны, в частности в Египет, где он, в том числе, использовался для мумификации.
Возможно, раньше такие выходы битума на поверхность происходили чаще. Сегодня это явление, если и наблюдается, то очень редко. Но всё же бывает. Вот, например, фотография 1969 года с большим куском битума, всплывшим на поверхность Мёртвого моря.
А это мумия фараона Яхмоса I из музея в Луксоре. Его лицо покрыто битумом, который, вероятно, был доставлен из района Мёртвого моря.
В конце статьи я приведу перевод публикации с сайта Израильского института археологии, в которой рассматривается добыча и использование битума Мёртвого моря.
И всё же, несмотря на то что существуют исторические подтверждения добычи битума в Мёртвом море, я не согласен с переводом: «В долине же Сиддим было много смоляных ям». Написано – беэро́т хема́р, то есть «колодцы хема́ра».
Во-первых, слово беэ́р – это именно колодец, а не яма. В библейском иврите есть оба эти слова. Беэ́р используется именно для колодцев, обычно вырытых для добычи воды, а слово бор используется для ям, естественного происхождения. Например, братья бросили Йосефа в бор, а не в беэ́р. Таким образом, в тексте идёт речь о колодцах, вырытых для добычи хема́ра. А ведь, насколько нам известно, природный битум всплывал на поверхность Мёртвого моря, и его добывали на берегу, а не выкапывали из земли. По крайней мере именно так процесс добычи описывали античные авторы.
А во-вторых, и это, наверное, самое главное, для обозначения битума в иврите с древности и до наших дней существует отдельное слово – зе́фет. Поэтому я не могу принять отождествление хема́ра с битумом.
✦ ✦ ✦
Хороший пример плохой работы переводчиков можно увидеть в книге «Исход». Одно и то же слово в первой главе переведено как глина, а во второй главе уже как асфальт. Ерунда, никакой это не асфальт. Йохевед взяла тростниковую корзинку, обмазала её сначала глиной, а потом, когда та высохла, смолой. Ничего удивительного в такой последовательности нет, нормальная технология:
וַיְמָרְרוּ אֶת־חַיֵּיהֶם בַּעֲבֹדָה קָשָׁה, בְּחֹמֶר וּבִלְבֵנִים, וּבְכָל־עֲבֹדָה בַּשָּׂדֶה; אֵת כָּל־עֲבֹדָתָם, אֲשֶׁר־עָבְדוּ בָהֶם בְּפָרֶךְ׃
и делали жизнь их горькою от тяжкой работы над глиною и кирпичами и от всякой работы полевой, от всякой работы, к которой принуждали их с жестокостью (Исх.1:14).
וְלֹא־יָכְלָה עוֹד הַצְּפִינוֹ, וַתִּקַּח־לוֹ תֵּבַת גֹּמֶא, וַתַּחְמְרָה בַחֵמָר וּבַזָּפֶת; וַתָּשֶׂם בָּהּ אֶת־הַיֶּלֶד, וַתָּשֶׂם בַּסּוּף עַל־שְׂפַת הַיְאֹר׃
но не могши долее скрывать его, взяла корзинку из тростника и осмолила ее асфальтом и смолою и, положив в нее младенца, поставила в тростнике у берега реки (Исх.2:3).
Во втором отрывке я выделил и слово зе́фет, которое с древности и до наших дней означает только битум и ничего больше. Так, например, в Йешаягу 34:9 слово зе́фет тоже переведено как «смола»: «И превратятся реки её в смолу...».
Если принять, что слово хема́р тоже означает асфальт или битум, то получается, что Йохевед выполнила многослойную гидроизоляцию корзинки с использованием различных битуминозных составов. Мне это кажется странным.
Гораздо логичнее предположить, что она сначала обмазала тростниковую корзину хема́ром, то есть глиной, а после того как та высохла, покрыла её зе́фетом для гидроизоляции. Достоверно известно, что египтяне выстилали глиной дно своих папирусных лодок, так что в сочетании глины и тростника нет ничего необычного. Да и дома в Египте строили из самана – глиняных кирпичей с добавлением соломы. Именно поэтому фараон повелел: «Не давайте впредь народу соломы для изготовления кирпича...» (Шмот 5:7). Сочетание глины и растительных материалов было там распространённым и привычным.
✦ ✦ ✦
Сегодня хема́ром называется качественная глина для гончарных работ, и в большинстве отрывков синодального перевода это слово тоже передано именно так. А вот почему в некоторых местах переводчики вдруг решили, что это не глина, а асфальт, смола или известь, для меня остаётся загадкой. Хотя нет, я знаю ответ – это просто следование традиции в ущерб точности. Традиции заглядывать в Септуагинту…
איוב יג, יב: זִֽ֭כְרֹנֵיכֶם מִשְׁלֵי־אֵ֑פֶר לְגַבֵּי־חֹ֝֗מֶר גַּבֵּיכֶֽם׃
Напоминания ваши подобны пеплу; оплоты ваши – оплоты глиняные (Иов.13:12).
איוב ד, יט: אַ֤ף ׀ שֹׁכְנֵ֬י בָֽתֵּי־חֹ֗מֶר אֲשֶׁר־בֶּעָפָ֥ר יְסוֹדָ֑ם יְ֝דַכְּא֗וּם לִפְנֵי־עָֽשׁ׃
тем более – в обитающих в храминах из брения, которых основание прах, которые истребляются скорее моли (Иов.4:19). Буквальный перевод – живущие в глинянных домах которых в прахе фундаменты их сокрушаться прежде моли
ישעיהו מה, ט: ה֗וֹי רָ֚ב אֶת־יֹ֣צְר֔וֹ חֶ֖רֶשׂ אֶת־חַרְשֵׂ֣י אֲדָמָ֑ה הֲיֹאמַ֙ר חֹ֤מֶר לְיֹֽצְרוֹ֙ מַֽה־תַּעֲשֶׂ֔ה וּפׇעׇלְךָ֖ אֵין־יָדַ֥יִם לֽוֹ׃ ס
Горе тому, кто препирается с Создателем своим, черепок из черепков земных! Скажет ли глина горшечнику: «что ты делаешь?» и твое дело скажет ли о тебе: «у него нет рук?» (Ис.45:9)
ישעיהו כט, טז: הַ֨פְכְּכֶ֔ם אִם־כְּחֹ֥מֶר הַיֹּצֵ֖ר יֵֽחָשֵׁ֑ב כִּֽי־יֹאמַ֨ר מַעֲשֶׂ֤ה לְעֹשֵׂ֨הוּ֙ לֹ֣א עָשָׂ֔נִי וְיֵ֛צֶר אָמַ֥ר לְיוֹצְר֖וֹ לֹ֥א הֵבִֽין׃
Какое безрассудство! Разве можно считать горшечника, как глину? Скажет ли изделие о сделавшем его: «не он сделал меня»? и скажет ли произведение о художнике своем: «он не разумеет» (Ис.29:16)?
ישעיהו מא, כה: הַעִיר֤וֹתִי מִצָּפוֹן֙ וַיַּ֔את מִמִּזְרַח־שֶׁ֖מֶשׁ יִקְרָ֣א בִשְׁמִ֑י וְיָבֹ֤א סְגָנִים֙ כְּמוֹ־חֹ֔מֶר וּכְמ֥וֹ יוֹצֵ֖ר יִרְמָס־טִֽיט׃
Я воздвиг его от севера, и он придет; от восхода солнца будет призывать имя Мое и попирать владык, как грязь, и топтать, как горшечник глину (Ис.41:25).
Здесь, слово хомер почему-то перевели как грязь, а вот как глину перевели другое слово – тит. Сегодня титом называют кладочный раствор, не знал раньше, что это такое древнее слово.
נחום ג, יד: מֵ֤י מָצוֹר֙ שַֽׁאֲבִי־לָ֔ךְ חַזְּקִ֖י מִבְצָרָ֑יִךְ בֹּ֧אִי בַטִּ֛יט וְרִמְסִ֥י בַחֹ֖מֶר הַחֲזִ֥יקִי מַלְבֵּֽן׃
Начерпай воды на время осады; укрепляй крепости твои; пойди в грязь, топчи глину, исправь печь для обжигания кирпичей (Наум.3:14). А здесь наоборот тит перевели как грязь, а хомер как глину. И это правильно.
ירמיהו יח, ד: וְנִשְׁחַ֣ת הַכְּלִ֗י אֲשֶׁ֨ר ה֥וּא עֹשֶׂ֛ה בַּחֹ֖מֶר בְּיַ֣ד הַיּוֹצֵ֑ר וְשָׁ֗ב וַֽיַּעֲשֵׂ֨הוּ֙ כְּלִ֣י אַחֵ֔ר כַּאֲשֶׁ֥ר יָשַׁ֛ר בְּעֵינֵ֥י הַיּוֹצֵ֖ר לַעֲשֽׂוֹת׃ פ
И сосуд, который горшечник делал из глины, развалился в руке его; и он снова сделал из него другой сосуд, какой горшечнику вздумалось сделать (Иер.18:4).
הֲכַיּוֹצֵר הַזֶּה לֹא־אוּכַל לַעֲשׂוֹת לָכֶם בֵּית יִשְׂרָאֵל נְאֻם־יְהוָה; הִנֵּה כַחֹמֶר בְּיַד הַיּוֹצֵר, כֵּן־אַתֶּם בְּיָדִי בֵּית יִשְׂרָאֵל׃ ס
не могу ли Я поступить с вами, дом Израилев, подобно горшечнику сему? говорит Господь. Вот, что глина в руке горшечника, то вы в Моей руке, дом Израилев (Иер.18:6).
✦ ✦ ✦
Ну и в конце – перевод интересной статьи, на которую я наткнулся, когда разбирался в этой теме.
Между асфальтом Мёртвого моря и набатеями
Немногие государства вошли в «сообщество народов» древнего мира не как великие завоеватели или древние царства, а как торговцы и поставщики редких природных ресурсов. Такие ресурсы превращались в экономическую монополию определённой этнической группы, обычно в периоды политического вакуума, когда одна империя уходила из региона, а другая ещё не успевала установить контроль.
Управление этой монополией, добыча и торговля ресурсом требовали централизованного руководства, что приводило к усложнению социальной структуры и в конечном итоге к возникновению государства.
Набатеи, полукочевой народ классической эпохи, впервые появляются на страницах истории не как строители городов в пустыне и не как перевозчики благовоний в караванах верблюдов, а как защитники запасов асфальта Мёртвого моря во время Третьей войны диадохов в начале III века до н. э.
Мёртвое море греческие и римские авторы называли Асфальтовым морем. Оно было известно тем, что время от времени «извергало» из своих глубин крупные глыбы асфальта, пригодные для добычи и продажи.
Асфальт, или битум, представляет собой вязкое вещество, образующееся из сырой нефти. Он использовался как строительный раствор, клей, материал для произведений искусства, водонепроницаемое покрытие, сырьё для лекарственных средств и для мумификации.
Набатейский контроль над асфальтом Мёртвого моря, вероятно, начался ещё в персидский период, когда они расселились на территориях к востоку от Иордана, опустевших после ухода других семитских народов, таких как эдомитяне и моавитяне.
Рассказы Диодора Сицилийского подчёркивают тесную связь этих арабских племён с данным ценным ресурсом. Диодор, писавший в I веке до н. э., сообщает о военных походах Иеронима Кардийского, жившего примерно за триста лет до него и служившего военачальником Антигона Одноглазого. Он рассказывает о конфликте с набатеями, которые не позволили войскам Антигона установить контроль над источниками асфальта.
Диодор помещает Мёртвое море «в землю набатеев» и называет добытчиков асфальта «варварами».
Из его описаний можно заключить, что асфальт добывали из крупных глыб, поднимавшихся со дна озера вследствие тектонической активности. Другие источники также рассказывают, что асфальт поднимался из глубин Мёртвого моря, а местные жители подплывали к нему на тростниковых лодках, откалывали небольшие куски и доставляли их на берег.
Страбон пишет, что асфальт появлялся через нерегулярные промежутки времени. Аналогичное явление описывает и Иосиф Флавий.
Но были ли набатеи единственными, кто пользовался этим ресурсом?
Исследователь Хаммонд утверждал, что исторические источники подчёркивают господство набатеев почти над всем побережьем Мёртвого моря. Некоторые учёные даже заявляли, что глыбы асфальта в основном дрейфовали к восточному берегу, что давало набатеям географическое преимущество и фактическую монополию.
Однако известно, что часть побережья была заселена иудеями, а западные и северо-восточные берега впоследствии оказались под властью Хасмонеев, а затем Ирода.
Кроме того, современные геологические исследования и наблюдения XX века подтверждают, что асфальтовые глыбы дрейфовали как на восток, так и на запад. Израильский исследователь асфальта Арье Ниссенбаум привёл многочисленные примеры XIX и XX веков, когда асфальт прибивало именно к западному берегу.
Поэтому утверждения о преимущественном дрейфе к востоку трудно считать доказанными.
Более того, Диодор упоминает «людей, живущих по обе стороны моря».
Почему же тогда большинство исследователей всё же приписывает набатеям исключительный контроль над торговлей асфальтом?
Исторические сведения позволяют лучше понять общество, политику и экономику западного побережья Мёртвого моря.
Наиболее плодородными районами западного берега владели два центра, тесно связанные с царской властью: Эйн-Геди и Иерихон. Часть территории между ними, вероятно, принадлежала царю в Иерусалиме. Земли вокруг оазиса Каллироэ также считались царскими владениями.
Вероятно, именно этот режим собственности ограничивал доступ местных жителей к отдельным участкам побережья. Это могло затруднять добычу асфальта, поскольку его глыбы могли появляться в любом месте озера.
Многочисленные свидетельства показывают, что хасмонейские правители активно развивали плантации бальзамового дерева и финиковых пальм в Иерихоне и Эйн-Геди. Поэтому даже если асфальт и добывался, основой экономики оставалось сельское хозяйство.
Сельское хозяйство основано на регулярных и предсказуемых циклах — посеве, выращивании и сборе урожая. Добыча же асфальта была совершенно иной деятельностью.
Древние сообщения и современные наблюдения показывают, что асфальтовые глыбы могли появляться несколько раз в год, а могли не появляться десятилетиями. Даже если в древности это происходило чаще, непредсказуемость делала такую отрасль экономически рискованной, особенно для оседлого земледельческого общества.
Набатеи же сохраняли полукочевой образ жизни и существовали как аграрно-пастушеское общество. Такой образ жизни давал преимущества при работе с нестабильным ресурсом. Полукочевники легко перемещались вслед за появлением новых асфальтовых глыб.
Археологические находки асфальта известны в Сирии, Ливане и Земле Израиля, однако наиболее значительное применение в классическую эпоху он получил в Египте при мумификации.
Недавнее исследование Кларка и его коллег показало, что до эпохи Нового царства асфальт практически не использовался при мумификации. В период от Нового царства до Позднего периода он встречается примерно в половине мумий, а в эллинистическую эпоху — уже в 87%.
То есть в эпоху Птолемеев использование асфальта резко возросло.
При этом исследование не определяло происхождение битума.
Ниссенбаум и Роллькоттер провели геохимический анализ четырёх образцов асфальта из египетских погребений: один датировался X веком до н. э., один — III веком до н. э., и два — III веком н. э.
Три более поздних образца были уверенно определены как битум Мёртвого моря. Более ранний образец имел иное геологическое происхождение.
Можно предположить, что массовый импорт битума Мёртвого моря в Египет начался после завоеваний Александра Македонского в конце IV века до н. э.
Хотя битум, вероятно, был известен и раньше, его использование при мумификации до эллинистического периода практически не документировано. Даже Геродот не упоминает его в своём описании процесса бальзамирования.
Интерес Египта к этому ресурсу можно увидеть и в рассказах Иосифа Флавия о конфликте между Клеопатрой, Иродом и набатейским царём Малихом из-за района Мёртвого моря.
Обычно стремление Клеопатры контролировать этот регион объясняют плантациями бальзама и фиников, однако современные исследователи считают, что важную роль играл также асфальт.
Заключение
Будучи полукочевым народом, жившим в районе Мёртвого моря, набатеи сумели использовать редкий природный ресурс, который появлялся через непредсказуемые промежутки времени, и благодаря этому заняли важное место в геополитической экономике эллинистической эпохи.
Хотя набатеи не были единственной политической и экономической силой региона, большинство исследователей считает, что торговля битумом находилась главным образом в их руках.
Политические, этнокультурные и географические факторы могли способствовать этой монополии и объяснять ограниченное участие Иудеи в данной отрасли.
Помимо повседневного использования для перевязок и гидроизоляции, главным международным рынком для битума был Египет, где его широко применяли при мумификации.
Эта связь подтверждается как письменными источниками, так и археологическими данными. Более того, можно проследить связь между набатейской торговлей битумом и ростом его импорта в Египет в эпоху Птолемеев.
Тем не менее комплексного археологического исследования индустрии асфальта Мёртвого моря до сих пор не проведено. Пока не обнаружены ни специализированные склады, ни организованные торговые центры, связанные с этой отраслью.
© D. Esterman Bible Project
Авторский перевод. При цитировании обязательна ссылка на источник.